Екатерина Осоченко: жизнь мамы шестерых детей

05 декабря 2014Родителям

Моя собеседница Екатерина Осоченко – журналист, писатель, автор книги "Легко родить легко", сертифицированный инструктор по перинатальной йоге и мама, воспитывающая шестерых детей. С кем, как не с ней, поговорить о взращивании в детях ответственности! Разговор начался с отрицания собственной темы…

Антименеджмент

– Нет у меня никакого тайм-менеджмента! Ведь он предполагает, что я неким разумным образом модерирую свою жизнь.

А я – присутствую и нюхаю, куда дует ветер. Иногда это происходит нелогично, не по-менеджерски. К примеру, отменяют электричку, едем на следующей, неудобной и долгой – но встречаем старинных друзей, которые в Москве проездом…

Когда вот так живешь – без прогнозов, в расслабленном ощущении доверия Потоку – тогда и случаются самые волшебные вещи. Сама жизнь протекает как чудо. И наоборот: я сильно устаю и раздражаюсь, как только начинаю пытаться как-то влиять на решения и выборы других людей.

Вокруг тебя много чудес… Катя, как ты решилась рожать еще и еще?

– Если б мне в юности сказали, что буду воспитывать шестерых детей, причем сама рожу пятерых… В девятнадцать лет я была уверена, что человек создан для удовольствия. Не хотелось делиться, уступать, смиряться и терпеть. Но рождение ребенка открывает всю зыбкость позиции я-центр. Оказалось, я люблю и хочу быть мамой.

Познакомившись с философией естественного родительства, узнала о домашних и водных родах, посмотрела множество фильмов и прочитала книжки Одена, Лебойе, Ледлофф…

И сказала себе: Это стоит испытать! В 2003-м дома, в воде, в праздничной обстановке родился мой второй сын – думаю, решение рожать еще и еще было принято именно в тот момент.

Материнство – это пролактиновая и окситоциновая зависимость (если говорить о физике) и какое-то невероятное, осознанное счастье. С каждым ребенком ты открываешь в себе детский взгляд на мир, умение удивляться и ежедневно ждать чуда.

Не преследует чувство вины перед предыдущим ребенком, когда появляется младший?

– Чувство вины – мой верный спутник. Но часто оно безосновательно и неконструктивно – я стараюсь себе об этом напоминать. Да, предыдущему ребенку всегда тяжело, неотвратимость ситуации обрушивается на него при виде другой ляльки на маминых руках. Он понимает, что мама временно недоступна. А раньше она была доступна круглосуточно. И это кризис. Но, как ни жестоко звучит, такой опыт необходим малышу. Именно затем, чтобы осознать: я не центр Вселенной. И какое-то количество слез по минувшему отмеряно выплакать ребенку. Конечно, не должно быть ощущения, что мама потеряна навсегда – просто эта связь переходит на качественно иной уровень. Мама уже не завязывает шнурки, не кормит с ложки, но за мамой – по-прежнему эмоциональная поддержка, решение спорных и ответственных вопросов. И главное - не забывать, что у ребенка два родителя. На самом же деле связь малыша с мамой просто переходит на иной уровень. За мамой по-прежнему эмоциональная поддержка, решение спорных и ответственных вопросов. Однако, думаю, самое главное не забывать, что у ребенка два родителя. У нас, например, контакт трехлетней Таси с папой стал теснее и трепетнее, когда я переключилась на ляльку.

Принимать помощь близких и умение перепоручать заботы – этому я тоже учусь. Детям важно, чтобы мама была добра и спокойна – именно эти ощущения они пронесут через всю жизнь, а насколько чист был пол в квартире – даже и не вспомнят.

Домострой по Осоченко

Привлекаешь ли ты старших детей к заботе о младших?

– Разумеется! Эгоизм и гордыня лучше всего лечатся именно заботой о младших. Ребенок, пройдя кризис я больше не лялька, выходит на следующую ступень – зато я старший. И начинает желать услужить, помочь маме, проявить свои лучшие качества.Важно не задушить это в зачатке. Если не мешай, я сама! – все, больше малыш уже не предложит. И станет искать иные сферы для самореализации. В том числе неадекватные – и скандалить может, и разрушать. Но это будет протест не против младшего, а против того, что мы не заметили лучших детских порывов быть старшим и полезным.

Как устроен ваш быт?

– У нас есть комната мальчиков и комната девочек, у каждого – личные полки в шкафу и свое рабочее место для уроков.

Но все равно дети скапливаются на кухне! Семье, где трое и больше детей, однозначно нужно большое общее пространство. Я мечтаю о доме с участком, где дети могли бы бегать, шуметь, строить бесчисленные домики, замки и железные дороги… Ведь большинство ссор – из-за нехватки места, нарушения личных границ.

Когда дети сами начинают думать, что они едят и когда им пора выходить из дома?

– Если детям дать волю, они будут есть одни макароны и сладкое. Поэтому выбирать, что ему кушать, может только семнадцатилетний Лука. Данилу исполнилось одиннадцать – приглядываю за питанием, с уроками помогаю, когда просит. Нет уроков – нет компа (и на последний отводится не больше полутора часов в день). Илье девять лет, он сам ходит в школу, в музыкалку. Но мы всегда напоминаем, что пора выдвигаться. Первоклассницу Аню отводим-приводим, уроки с ней делаем.

Режима придерживаетесь?

– В период моего очарования естественным родительством детям позволялось есть и спать когда угодно. Но постепенно я заметила, что им нужны некие опорные точки для заземления, для ощущения стабильности. Ребенку необходимо ежедневно гулять, полноценно питаться и высыпаться. Мы ложимся не позднее половины десятого – иначе трудно вставать утром. Перед сном обязательно будет книжка, а утром, после чистки зубов, все вместе соберемся за столом. Так и пообщаемся, и по быту легче: всех сразу накормишь – уже до обеда стол не накрываешь. Старшие моют за собой посуду, иногда и за малышкой, хотя Тася уже и сама стремится помогать.

Быть, а не казаться

В системе координат, которую транслирует реклама и кинематограф, материнство – это времянка, которую нужно пережить, чтобы максимально быстро вернуться в чистенький, аккуратный мир с женственностью, даже в 40 лет стремящейся выглядеть на 20. Как у тебя дела обстоят с женственностью?

– Смешно! Материнство – времянка? Нееет, это уже пожизненный приговор! Я очень люблю платья и длинные юбки. Это пришло с рождением дочки. Юбки вьются вокруг бедер, ног и создают какой-то животный, магический круг моей женской силы. А вот по молодости женственность воспринималась как нечто внешнее, что можно на себя надеть, на лицо намазать. Хотелось на выход носить мини-юбки или радикальные алые брючки в обтяжку, дома же я ходила в бесформенных штанах и футболках. Оно и понятно: когда стремишься соответствовать внешнему идеалу, ты растрачиваешь ресурс на то, чтобы играть ту, кем не являешься.

Теперь я, наверное, постарела. Мне нравится мой возраст, мое тело, моя одежда. Я не должна выглядеть. Выглядеть – подразумевает глядящего. То есть я словно бы для третьего лица, для некоего абстрактного зрителя стараюсь. И в своем желании продаться ему подороже не честна. Когда я в ресурсе, когда мне хорошо – мне самой, изнутри – хочется платьев, кружев и украшений. Люблю босиком ходить. Знаю, что буду нравиться мужу, буду самой собой, на весь свой возраст, сколько бы мне ни было.

Редко остаетесь с мужем наедине?

– Как-то интервью с одним сексологом читала. По его словам, секса всегда нужно меньше, чем хочется. Так же и с потребностью побыть вдвоем: именно в силу того, что она не до конца удовлетворяется, нам еще сильнее хочется побыть вдвоем.
И эти редкие моменты – такое чудо!

Разбор полетов

Обсудим конкретные ситуации – как с ними справляться? К примеру, мои дети при словах Пора выходить начинают играть, искать игрушки, бегать за кошкой…

– Саботаж – это наше все! Я совсем недавно открыла чудесный способ навязать – ну, будем уже честны, да? – навязать ребенку какое-то срочное дело. Я начинаю играть:
У куртки выросли крылья – смотри, она кружится, кружится, и сейчас мы с ней полетаем! Или другой прием – его особенно Тася обожает: мама, ну поговори же, поговори другим голоском! И я разговариваю голосом ее воспитательницы в детском саду: Аууу, Тасюша, ты слышишь меня, моя умница? Какую кашку вкусную я принесла вам сегодня. Ах, но где же наша Тася? Скорей беги к нам в детский сад!… В общем, театр одного актера…

Уроки. У моего десятилетнего Гриши не сформировалось чувство самодисциплины. Ему проще получать двойки, гулять без телефона, просить учебники у одноклассников...

– Ты описываешь все в точности, как у нас было в прошлом-позапрошлом году. Видимо, это израстается, проходит к одиннадцати годам – потерпи совсем немного. У Данила, например, уже на уровне рефлекса: пока уроки не сделаны, бесполезно клянчить поиграть. Илье пока девять, но за Даней тянется: тоже запомнил, что без выученных уроков компьютер не включается.

Разговоры – вот, наверное, что пробуждает осознанность. Разговоры серьезные и уважительные. Я понимаю, что ты устал и тебе хочется поиграть в компьютер, но… Мы часто обсуждаем, как сети затягивают людей, как эмоции вырождаются в смайлы. Даже семилетняя Аня уже осознает эти вещи.

Я не подумал – это просто любимое… Пытаюсь научить просчитывать свои действия хотя бы на шаг… лучше на два. А у вас?

– И взрослый-то не всегда в состоянии просчитать последствия своих действий, а ты хочешь этого от детей! Я философски отношусь к проявлению разгильдяйства. Главное – пробудить осознанность: Ты понимаешь, что произошло? А потом дать ребенку возможность промахнуться еще несколько раз. Ошибка многих родителей в том, что они думают: Я уже не раз сказал, что так вести себя недопустимо. Должен был навсегда запомнить! Но ребенок не робот, ему нужно ошибаться еще и еще – для закрепления материала. А мы будем терпеливо проводить с ним работу над ошибками – и в сто первый раз он наконец запомнит.

Ну, мне же хочется! – а договорились, что мультик выключится по таймеру. Хитрит, пытается обмануть…

– Дети сбегают в искусственную реальность от пустоты, когда в окружающей действительности не видят себе применения. Ведь и у нас, взрослых, так. Попробуй не запрещать, а предложить альтернативу. Например: Играем в компьютер до ужина – потом кушать. Или: Мы пойдем гулять в лес, а мультик поставим на паузу, он нас подождет. Мы прерываемся, но не заканчиваем действие бесповоротно. По возвращении никто уже и не помнит про мультик. Ведь, подходя к дому, мы, конечно, придумали, чем займемся: покушаем, а потом будем рисовать картинки. Дети сбегают в искусственную реальность от пустоты, когда в окружающей действительности не видят себе применения. Ведь и у нас, у взрослых, так же.

Братские взаимоотношения. Один провоцирует, другой бурно ведется на провокацию. Каждому хочется принимать свои решения – тестостероновые войны!

– Эх, Инна! Как все знакомо! Я очень душой болела за взаимоотношения мальчиков. Но это – как и чувство вины – ни к чему полезному не приводит. Банально, но милые бранятся – только тешатся. Но чем больше мы с мужем вовлекались в это, тем более бурно протекали ссоры сыновей. Думаю, хоть нам и не понять своим женским умом, но, похоже, для мальчиков путь к братской любви лежит через тумаки и отстаивание прав. Нет, ну правда – а как иначе наши сыночки научатся говорить собственным голосом, если каждый раз их споры будут решаться в присутствии адвоката?

Беседовала Инна Бартош

Шпаргалка для родителей, Май 2014, выпуск №5(62)

Комментарии